СМИ в России не являются активными функционерами, заинтересованными...

Эвтаназия - действие или бездействие врача, осуществляемое по просьбе пациента, испытывающего невыносимые страдания, результатом которого является смерть пациента - всё чаще привлекает внимание учёных и широкой общественности. Феномен эвтаназии сложный и многообразный, существует в различных формах.

Основное деление производится на активную и пассивную, добровольную и принудительную, прямую и непрямую формы эвтаназии. Термином «эвтаназия» охватывается широкий круг явлений, каждое из которых требует самостоятельного исследования. Несмотря на то, что Законодательством РФ запрещены как активная, так и пассивная формы эвтаназии, возможность применения эвтаназии по отношению к пациентам в России существует.

В первую очередь речь идёт о пассивной эвтаназии, самоустранении врача, отказе от продолжения лечения, на который пациент имеет право, и который фактически применяется в России. К отказу от продолжения лечения тяжело и безнадёжно больного пациента врача принуждают объективные обстоятельства - дефицит медикаментозных и лекарственных средств, дорогостоящее лечение. Эвтаназией будет и случай, когда из больницы выписывают домой безнадёжно больного пациента, и ситуация, когда больной обречён умереть из-за нехватки какого-либо медикамента или оборудования.

Вопрос об эвтаназии также возникает в ситуации необратимой утраты функций головного мозга, когда человек полностью зависит от аппарата искусственного поддержания жизни. В Законодательстве РФ имеются противоречия. С одной стороны, запрет на эвтаназию без её деления на активную и пассивную выражен в ст. 45 «Основ законодательства по охране здоровья граждан РФ». С другой стороны, согласно ст. 33 тех же «Основ» пациент может отказаться от любого медицинского действия, и в статье нет исключения для жизнеспасающих мер, которые упомянуты в ст. 45. Все это свидетельствует о сложности и неоднозначности проблемы эвтаназии, что требует применения знаний из различных областей науки и практики для ее изучения и выработки рекомендаций для интервенции в нее. Социологическая наука также может внести свой вклад в изучение проблемы эвтаназии - как на теоретико-методологическом, так и на эмпирическом уровне.

До сих пор в рамках социологии феномен эвтаназии изучался только на эмпирическом уровне - исследовалось лишь мнение представителей медицины о данном феномене. Однако социологический подход к феномену эвтаназии не должен ограничиваться только проведением прикладных и эмпирических исследований.

Эвтаназия как социальное явление может быть проанализирована и на теоретико-методологическом уровне. С этой целью могут быть использованы структурно-функциональный и конструкционистский подходы к анализу социальных проблем. Структурный функционализм позволяет проанализировать проблему эвтаназии с помощью понятий «функция», «дисфункция», «дезорганизация», а также рассмотреть конкретные социальные институты, имеющие отношение к решению проблемы эвтаназии, их содержательные характеристики - функции, роли, модели взаимодействия, нормы и ценности.

Эвтаназия служит показателем дезорганизации - нарушения ценностно-нормативного консенсуса в сфере здравоохранения. Жертвой проблемы эвтаназии являются пациенты, страдающие от неизлечимых заболеваний либо тяжелой инвалидизации, сопровождающихся невыносимыми страданиями.

Проблема эвтаназии связана, в первую очередь, с реализацией интересов, потребностей и прав пациентов данной категории.

Однако в традиционной медицине отсутствует категория «неизлечимый больной», «инкурабельный больной». Главной ее целью является сохранение здоровья, излечение болезней, тогда как для пациентов рассматриваемой категории эта цель не может быть реализована. С помощью структурно-функционального подхода можно рассмотреть формы и методы решения проблемы эвтаназии в рамках социальных институтов. Так решение проблемы эвтаназии включает ряд аспектов: 1) Структурно-функциональное расширение института здравоохранения за счет включения таких структурных элементов, как паллиативная медицина и паллиативная помощь, выполняющих новые функции - оказание помощи пациентам, страдающим от неизлечимых заболеваний.

Некоторые из этих функций выступают как альтернативные эвтаназии, другие, наоборот, не противоречат пассивной ее форме. 2) Обеспечение качества жизни на всех этапах заболевания и во всех сферах жизни пациента, что требует взаимодействия института здравоохранения с другими социальными институтами - семья, религия, социальная работа и др. На микроуровне структурный функционализм дает возможность исследовать модели взаимодействия в системе «врач-пациент» и выявлять наиболее адекватные для рассмотрения феномена эвтаназии.

Так, на наш взгляд, наиболее подходящей является типология моделей врачевания, предложенная П. Д. Тищенко - медицинская модель, социальная модель и экзистенциальная модель, позволяющая анализировать ситуацию терминального заболевания. Ситуация терминального заболевания, которая связана с эвтаназией, характеризуется рядом отличительных характеристик: сложный болевой синдром, включающий физиологические, социальные, психологические аспекты, актуализацию прав пациента, таких как право на достойный медицинский уход, право на достойную смерть, право на отказ от лечения, право на информацию и т. д. Роль врача дополняется новыми обязанностями: уважение прав пациента, необходимость психологических, социальных, правовых знаний.

Большое влияние на ситуацию оказывает негативный, сформировавшийся в общественном сознании образ, связанный с такими заболеваниями, как СПИД, онкологические заболевания. Взаимодействие врача и пациента становится принципиально иным. На смену патерналистской модели приходит автономная, где намечается тенденция к равноправию врача и пациента.

Все большее значение принимают такие ценности как качество жизни, достойная смерть, право на выбор. Именно в подобной ситуации и возникает вопрос об эвтаназии, который знаменует собой смену модели взаимодействия врача и пациента, а также служит показателем возникновения новых ценностно-нормативных ориентиров в сфере здравоохранения.

В ситуации терминального состояния бессмысленно ставить задачу нормализовать состояние организма или социально адаптировать пациента в условиях хронической патологии. Основной задачей оказания медицинской помощи становится обеспечение достойного для человека процесса умирания, уважение его прав, в том числе права на выбор. Смерть начинает восприниматься не как провал медицинской профессии, а как возможный исход тяжёлой болезни, с которым нужно научиться иметь дело.

В ситуации терминального заболевания во взаимодействие между врачом и пациентом активно включаются также родственники пациентов, представители религии, психологи, социальные работники, другой медицинский персонал, волонтеры и т. д. Конструкционистский подход концентрирует свое внимание на субъективной компоненте процесса проблематизации. Предметом анализа в данном случае являются субъективные смыслы, дискурс, в рамках которого конструируется проблема эвтаназии, а также деятельность различных социальных групп и организаций, выдвигающих утверждения-требования в отношении данной проблемы. Большое значение для анализа феномена эвтаназии имеет теория публичных арен С. Хилгартнера и Ч. Л. Боска, которая дает возможность рассмотреть публичные арены, на которых эвтаназия конструируется как проблема.

Применение конструкционистского подхода позволяет говорить о некоторых тенденциях конструирования проблемы эвтаназии в России. Так, в настоящее время эвтаназия конструируется, прежде всего, как этико-правовая проблема, сферой приложения которой является область здравоохранения.

Основные понятия, которые участвуют в конструировании проблемы эвтаназии - «право на достойную смерть», «качество жизни», «права пациента». Долгое время феномен эвтаназии рассматривался лишь в рамках медицинского, научного дискурса. Каждая дисциплина, используя свой понятийный (категориальный) аппарат, формирует собственное представление о сущности феномена эвтаназии и сути его проблемности.

Активными функционерами проблемы эвтаназии на Западе выступают правовые организации, СМИ, сами пациенты, а публичными аренами - громкие судебные процессы, тогда как в России сами пациенты и их родственники не выдвигают требования в защиту своих прав. СМИ в России не являются активными функционерами, заинтересованными в проблеме эвтаназии, о чем свидетельствует количество публикаций и телевизионных материалов по данной тематике.

Проблема эвтаназии - добровольного ухода из жизни неизлечимо больного человека - широко обсуждается на Западе с конца 50-х годов, где эвтаназия, право человека на смерть - естественную и достойную - действительно является социальной проблемой.

Одним из способов привлечения внимания к проблеме выступает публикация опросов общественного мнения.

Необходимо отметить, что в России подобные исследования немногочисленны, и проводятся, в основном, среди представителей медицинской профессии. Эвтаназия в России конструируется как проблема лишь в научном сообществе. Как социальная проблема она является неконкурентоспособной на публичных аренах.

Феномен эвтаназии не является ценностно и эмоционально нейтральным; как правило, при его обсуждении дается негативная оценка данному явлению, как синонимичные ему употребляются термины «убийство», «самоубийство», «убийство из милосердия». Если использовать теорию стадий социальной проблемы М. Спектора и Д. Китсьюза, то проблема эвтаназии в России находится на стадии зарождения.

Возможно, это связано и с тем, что она поднимает вопросы смерти и умирания, которые в современной культуре вытесняются из пространства коммуникации и сотрудничества.

Смерть отрицается, как и все, что с ней связано.

Таким образом, с помощью объективистских и субъективистских теоретико-методологических подходов можно получить наиболее полное представление о проблеме эвтаназии, проанализировав как объективные условия ее возникновения и существования, так и субъективные определения данной проблемы. Для рассмотрения специфики конструирования эвтаназии как социальной проблемы в России автором было проведено исследование, целью которого являлось изучение представленности проблемы эвтаназии в общественном сознании (научном и обыденном). До сих пор в эмпирической социологии проводились опросы лишь среди представителей сферы медицины, изучалась их осведомлённость и оценка феномена эвтаназии, а также некоторые аспекты взаимодействия с пациентом.

В данном исследовании была сделана попытка всестороннего анализа феномена эвтаназии. Исследование включало два этапа: 1) проведение экспертных интервью со специалистами науки и практики на основе качественной методологии; 2) проведение опроса различных групп населения на основе количественной методологии.

В рамках первого этапа исследования было проведено 24 экспертных интервью со специалистами из различных областей науки и практики Перми и Санкт-Петербурга.

В качестве экспертов выступили представители медицины (медицинского образования, медицинской администрации, а также врачи-практики), сотрудники хосписа (врачи, психологи, волонтеры), представители религии, права, психологии, философии, биоэтики, медицинского образования, комитета здравоохранения, СМИ. Средняя продолжительность беседы составила 45 минут, иногда - 1,5 часа. В ходе интервью обсуждалась проблема эвтаназии, её оценка как социального явления, как социальной проблемы.

Здесь мы остановимся на наиболее интересных результатах. При определении эвтаназии большинство экспертов указывали верное её понимание. Упор при этом делался на четыре основных момента: добровольность этого действия со стороны пациента, невыносимые страдания пациента, пациент не сам осуществляет её, а просит об этом врача, результат эвтаназии - смерть пациента.

Однако просьба различить пассивную и активную эвтаназию вызвала у специалистов затруднения. Часть экспертов вообще не смогли дать определение этим явлениям.

Каждый эксперт по-своему конструирует данный феномен. Необходимо также отметить, что эвтаназия не является ценностно-нейтральным понятием для экспертов. Как правило, давая определения, специалисты высказывались либо категорически против эвтаназии, осуждали ее, либо в поддержку такой практики.

Все это свидетельствует о том, что даже в среде специалистов не сформировано однозначное, четкое понимание феномена эвтаназии.

Эксперты считают, что эвтаназия - социальная проблема. Они единодушны в идентификации жертвы проблемы, тогда как в отношении предмета точки зрения различны. Так, по мнению специалистов, проблемность эвтаназии заключается в нескольких аспектах:1) Проблема выбора для терминальных пациентов.

2) Необходимость законодательного регулирования отношений в сфере медицины на грани жизни и смерти.

3) Противоречие российского законодательства реальной практике.

4) Проблема обеспечения качества жизни при любом заболевании и на всех этапах болезни.

В данном случае эвтаназия выступает как проблема, привлекающая внимание к людям, страдающим от неизлечимых заболеваний, указывающая на необходимость оказания комплексной помощи пациентам данной категории. Врач хосписа отмечает бедственное положение в этой сфере, недостаток медикаментов, их недоступность, высокую цену, что затрудняет оказание полноценной помощи и снижает качество жизни пациентов. Интересно, что, по мнению представителей СМИ, эвтаназия не является актуальной проблемой для российского общества.

Существует множество других проблем (бедность, наркомания и т. д. ), которые требуют первоочередного разрешения и вмешательства государства. Эксперты предполагают, что большинство людей в России не задумываются о таких вопросах, как эвтаназия или права тяжелобольных людей.

В России из-за низкой правовой культуры, социально-экономических проблем и т. д. проблема эвтаназии не волнует общественность.

В плане актуальности и значимости она не выдерживает конкуренции по сравнению с другими, более «насущными» проблемами.

В то же время, по мнению экспертов, российское общество не готово к обсуждению подобных вопросов. Проблема эвтаназии, по мнению представителя СМИ, может стоять для отдельного конкретного человека, в то время как для всего общества она не является проблемой. Ряд экспертов рассматривают эвтаназию как убийство с точки зрения врача или как самоубийство со стороны пациента.

Акт эвтаназии предполагает как действия врача, так и действия пациента (его просьбу).

Для экспертов, а особенно для врачей, эвтаназия выступает, в первую очередь, как отклонение с точки зрения врачебных действий, тогда как с точки зрения пациента эвтаназия, как результат собственных действий, может быть оправдана. В этом случае оправданием для больного могут служить:1) невыносимые страдания; 2) юридическое право больного на отказ от лечения (статья 33 «Основ Законодательства»). По мнению экспертов, эвтаназия как проблема выступает только со стороны действий врача. В настоящее время человек получает все большую свободу в своих отношениях со смертью, поэтому со стороны пациента (как просьба) эвтаназия почти не осуждается, так же как в настоящее время самоубийство не считается преступлением (в юридическом смысле).

Некоторые эксперты оговариваются, что эвтаназия возможна как исключение из правил.

Возможное осуществление эвтаназии связано со следующими факторами: медицинские показания; невозможность, неспособность общества оказать помощь; экономические факторы.

Большинство респондентов отмечали, что, хотя эвтаназия в нашей стране запрещена законодательно, возможность её осуществления всё-таки имеется.

Действия, ситуации, которые могут быть квалифицированы как эвтаназия, негласно существуют в российской медицинской практике.

Эксперты достаточно уверенно говорят об этом и приводят примеры в подтверждение своим высказываниям. В качестве основной альтернативы эвтаназии эксперты указывают на паллиативную помощь и хосписы. Если страдания пациента невыносимы, то, по мнению специалистов, гипотетически есть два выхода из этой ситуации - либо применение эвтаназии, либо паллиативная помощь.

Выбор варианта остаётся за каждым человеком в отдельности.

Задача же государства состоит в том, чтобы направить как можно больше усилий, средств на развитие именно паллиативной медицины, паллиативной помощи. В России развитию этого нового направления медицинской помощи уделяется недостаточно внимания.

Эксперты отмечают и ещё одну проблему в развитии хосписного движения - отсутствие кадров паллиативной медицины.

В целом анализ результатов интервью позволяет сделать следующие выводы:1. Все эксперты (за исключением затруднившихся ответить) верно понимают сущность феномена эвтаназии, однако затрудняются указать различия между активной и пассивной её формами. Это позволяет предположить, что даже в сферах, непосредственно имеющих отношение к решению проблемы, не всегда понятие эвтаназии чётко определено и зачастую происходит смешение терминов, которое приводит к возникновению противоречивых ситуаций в практике, а также затрудняет возможность обсуждения данного феномена. 2. Эвтаназия рассматривается специалистами как особая форма медицинской практики, законодательно запрещённая, но существующая неформально.

Эксперты указывают на тот факт, что законодательное регулирование данного феномена не соответствует реально складывающейся практике функционирования социальных институтов. В сегодняшней медицине развитие современных медицинских технологий, сопровождающееся плохой материально-технической базой, отсутствием у здравоохранения средств для оказания адекватной медицинской помощи, приводит к тому, что некоторые формы эвтаназии реально существуют.

Однако эти моменты никак не прописаны ни в должностных инструкциях медиков, ни в Основах законодательства. Эвтаназия в России неофициально существует - как отказ пациента, отключение от аппарата жизнеобеспечения, неоказание своевременной помощи, невозможность оказать адекватную медицинскую помощь и т. д. В основном речь идёт о пассивной форме эвтаназии. Один из экспертов даже сравнил неофициальное применение эвтаназии с «чёрным налом». 3. Запрет эвтаназии в любой форме может вызвать злоупотребления, поэтому необходимо чёткое и прозрачное законодательство, регулирующее этот вопрос.

По мнению экспертов, работа в данной области должна вестись в двух основных направлениях: 1) реформирование законодательства; 2) работа в области обеспечения качества жизни на всех этапах заболевания и при различных заболеваниях, т. е. развитие паллиативной помощи и паллиативной медицины. 4. Говоря о допустимости эвтаназии, эксперты указывают, в первую очередь, на пассивную ее форму. По мнению экспертов, такая форма эвтаназии может быть оправдана с этической, правовой и даже религиозной точек зрения.

Эвтаназия может применяться лишь в немногих случаях, в качестве исключения из правила. Эти случаи должны быть чётко прописаны в законодательстве.

5. Обсуждая проблему необходимости общественной дискуссии по проблеме эвтаназии, мнения специалистов разделились. Часть из них считает, что необходима широкая общественная дискуссия по данному вопросу, другая часть - что нет необходимости в запросе общественного мнения по проблеме. Наоборот, это будет неоправданно, т. к. начнутся ненужные дискуссии на обыденном уровне.

По их мнению, эвтаназия как сложный феномен должна рассматриваться только в узких кругах специалистами - представителями медицины, права, этики, социологии др. 6. Эксперты единодушны в том, что российское общество не готово к обсуждению феномена эвтаназии и что законодательно разрешать эвтаназию в России нельзя. Они выдвигают ряд аргументов в свою защиту - экономические, религиозные, правовые.

7. В качестве альтернативы эвтаназии эксперты указывали на паллиативную помощь и хоспис. Хоспис в России является единственным учреждением, где оказывается комплексная помощь терминальным пациентам. Именно паллиативная помощь будет являться приемлемым выходом, по мнению большинства экспертов, в случае неизлечимой болезни и невыносимых страданий пациента.

В рамках второго этапа исследования был проведен опрос различных групп населения. Была поставлена цель - выяснить мнение различных социальных групп относительно феномена эвтаназии, его специфику, сравнить мнения относительно феномена эвтаназии среди представителей медицины и людей, не имеющих отношения к медицине (далее медики и немедики). Состояние общественного мнения может служить показателем готовности российского общества к обсуждению проблемы эвтаназии и позволяет выявить степень осведомленности о данном феномене.

Выборка: Население Перми старше 18 лет. Отбор респондентов являлся целевым. Выборка - стратифицированная, непропорциональная. В рамках каждой страты (медики и немедики) отбор производился случайным образом.

Такая процедура позволила получить представленность в выборке представителей обеих интересовавших нас групп.

В качестве основного метода сбора информации был выбран метод раздаточного анкетирования. Автором была разработана анкета, включающая 31 вопрос.

С целью апробации анкеты было проведено пилотажное исследование на выборке 35 человек. После обработки полученных результатов в анкету были внесены изменения, усовершенствованы шкалы.

В ходе опроса было опрошено 288 человек старше 18 лет, 162 представителя медицины и 126 человек, не имеющих отношения к медицине. Средний возраст опрошенных во всей совокупности составил 41 год (от 19 до 83 лет), в совокупности медиков - 40 лет (от 21 до 72 лет), в совокупности не имеющих отношения к медицине - 43 года (от 19 до 83 лет).

Соотношение мужчин и женщин среди опрошенных в общей совокупности составило 31,9% и 68,1% соответственно.

В подгруппе медиков - 17,3% и 82,7% соответственно. Такое соотношение обусловлено тем, что в российском здравоохранении большинство работников составляют женщины. Как правило, мужчины занимают более высокие должности, а их представленность в выборке невелика.

В подгруппе респондентов, не имеющих отношения к медицине, 50% опрошенных составили мужчины и 50% - женщины.

Среди представителей медицины были опрошены медицинские работники следующих подразделений:1. отделение скорой помощи;2. отделение реанимации;3. отделение гинекологии;4. отделение онкологии;5. отделение психиатрии;6. поликлиника общего профиля. Выбор данных направлений связан со спецификой рассматриваемой проблемы. Было предположено, что представители именно этих медицинских специальностей чаще других в своей профессиональной деятельности сталкиваются с терминальными ситуациями и в большей степени осведомлены о проблеме эвтаназии.

В опросе приняли участие представители различных должностей: врачи, фельдшера, медицинские сестры, технический персонал. Одной из гипотез исследования являлось предположение, что феномен эвтаназии в России мало известен, особенно среди людей, не имеющих отношения к медицине.

Поэтому, прежде чем узнать отношение респондентов непосредственно к эвтаназии, были заданы вопросы, позволяющие выяснить скрытые, неосознаваемые установки по отношению к данному феномену и подобным ситуациям. Так, феномен эвтаназии был нами разбит на два пункта (два вопроса): 1) как право человека на смерть (на уход из жизни по собственному желанию); 2) как возможность со стороны врача помочь ему в этом. С утверждением, что человек имеет право на смерть (уйти из жизни по собственному желанию) согласились 63,2% немедиков и 44,4% медиков.

Не согласны с этим утверждением 28,8% немедиков и 48,2% медиков.

Затруднились ответить 8% и 7,4% соответственно.

Различия ответов в двух подгруппах статистически значимы, Sig. =0,003 (χ2). Немедики в большей степени, чем медики, согласны с правом человека на распоряжение собственной жизнью.

Медики по этому вопросу высказываются более осторожно. Их мнения разделились почти поровну.

Можно предположить, что этот факт свидетельствует о возможном принятии или непринятии эвтаназии. Среди мужчин в общей совокупности 42,4% полностью согласны с этим утверждением, тогда как среди женщин только 33,3%. Полностью не согласны 20,7% мужчин и 29,2% женщин. Статистическая значимость (Sig. ) различий в подгруппах мужчин и женщин составляет 0,024, что позволяет говорить об их значимости.

Допустимой помощь врача в смерти по просьбе пациента считают 54,9% немедиков и только 24,2% медиков; думают, что такая помощь недопустима 36,3% немедиков и 63% медиков.

Затруднились ответить 8,9% и 12,7% соответственно. Различия во мнениях двух подгрупп статистически значимы, Sig. =0,000 (χ2). Эвтаназия как преднамеренное действие врача, ведущее к смерти пациента в большей мере приемлема для людей, не имеющих отношения к медицине. Представителями медицинской профессии оно оценивается отрицательно.

Возможно, это обусловлено гуманистической медицинской этикой.

Респонденты, не имеющие отношения к медицинской профессии, в большей мере склонны допускать возможность помощи врача в смерти по просьбе пациента, чем представители медицины - их больше почти в 2 раза. Среди мужчин в общей совокупности согласны с этим 48,4%, не согласны также 48,4%, затруднились ответить 3,3%. Среди женщин согласны с допустимостью помощи врача в смерти по просьбе пациента 32,6%, не согласны - 52,6%, затруднились ответить 14,7%. Различия в этих подгруппах статистически значимы (χ2, Sig. =0,014).

Так, мужчины в большей степени, чем женщины, склонны соглашаться с тем, что помощь врача в смерти по просьбе пациента допустима. Ещё один вопрос позволил выявить в скрытой форме допустимость эвтаназии.

Считают, что необходимо поддерживать жизнь безнадёжно больного человека, испытывающего невыносимые страдания, при любых условиях 47,2% немедиков и 42% медиков, не согласны с этим 41,6% немедиков и 40,7% медиков, затруднились ответить 11,2% и 17,3% соответственно.

Можно говорить о том, что в неявной, непрямой форме примерно 44% из числа опрошенных считают, что не всегда поддержание жизни неизлечимо больного человека, испытывающего невыносимые страдания, необходимо, т. е. в той или иной форме допускают возможность эвтаназии.

Медики и немедики схожи в ответах на этот вопрос, тогда как в подгруппах мужчин и женщин наблюдаются статистически значимые различия (χ2, Sig. =0,005).

Считают, что необходимо поддерживать жизнь безнадежно больного человека, испытывающего невыносимые страдания, 54,4% мужчин и лишь 39,4% женщин. Так не думают 9,8% мужчин и 16,9% женщин.

Затруднились с ответом 6,5% и 18,5% соответственно.

Таким образом, мужчины более охотно отвечали на данный вопрос, хотя интересен тот факт, что женщины (сумма ответов «да» и «скорее да, чем нет») в большей степени склоняются к тому, что не всегда необходимо поддерживать жизнь человека, испытывающего невыносимые страдания. В США принят закон, позволяющий любому человеку составить завещание «жизненной воли» (living will), в котором он мог бы высказать свои пожелания по поводу оказания медицинской помощи на случай, если он не сможет сам выразить свою волю - своеобразное право пациента на выбор. Респондентам был задан вопрос «Хотели бы Вы составить завещание жизненной воли?» В целом согласились 60,8% немедиков и 41,9% медиков, отказались бы это сделать 26,4% немедиков и 43,2% медиков.

Можно отметить, что представители медицинской профессии гораздо осторожнее высказываются по этому поводу. В ходе опроса было выяснено, что из числа ответивших знают, что такое эвтаназия - 89,8%, 7,7% - не слышали о таком феномене, 2,5% затруднились с ответом. В подгруппе медиков знают о том, что такое эвтаназия - 97,5%, не знают - 1,9%, затруднились с ответом - 0,6%. Среди немедиков процент знающих немного ниже и составляет 80% из числа ответивших, 15,2% - не знают, 4,8% затруднились с ответом.

Можно сделать вывод, что в целом респонденты осведомлены о феномене эвтаназии, однако среди работников сферы медицины процент знающих, что такое эвтаназия, несколько выше.

Это обусловлено принадлежностью к профессии в силу специфики обсуждаемой проблемы. Следует отметить, что существует множество видов и форм эвтаназии. Так, основное деление производится на активную и пассивную формы эвтаназии, а это разные действия.

Одной из гипотез данного исследования было предположение о том, что в массовом сознании эвтаназия выступает лишь в активной форме. Респондентам был задан вопрос «Что такое эвтаназия?», при ответе они могли выбрать несколько вариантов.

Результаты ответов распределились следующим образом: Таблица 1Установки респондентов в отношении эвтаназии Что такое эвтаназия?Общая совокупность (%ответивших)Медики(% ответивших)Немедики(% ответивших)1. Действия врача по ускорению смерти по просьбе пациента5050,649,22. Ускорение смерти тех, кто переживает невыносимые страдания23,32915,93. Прекращение жизни лишних людей4,51,28,74. Забота об умирающих8,79,37,95. Применение каких-либо действий по ускорению смерти страдающего пациента с безнадёжным прогнозом в последней фазе его болезни.

42,251,2316. Отказ медиков от мер, способствующих продлению жизни больных с безнадёжным прогнозом в последней фазе болезни1713,621,47. Другое4,23,15,68. Затрудняюсь ответить2,41,93,2 На основании данных таблицы (см. Табл. 1) можно сделать вывод, что в массовом сознании эвтаназия в первую очередь отражена в активной форме, т. е. как целенаправленные действия врача по отношению к пациенту (пункты 1, 2, 5). Они преобладают как в подгруппе медиков, так и среди немедиков.

Определению пассивной формы эвтаназии соответствовал пункт 6. Как видно из таблицы, он получил гораздо меньшее число выборов по сравнению с пунктами 1 и 5. Интересен факт, что в подгруппе медиков этот пункт получил гораздо меньшее число выборов, чем в подгруппе немедиков.

Это может свидетельствовать о том, что даже среди представителей медицины эвтаназия в первую очередь выступает в активной форме как преднамеренные действия врача.

Это очень важный показатель, который может играть роль в обсуждении проблемы эвтаназии, т. к. выявлено достаточно узкое понимание этого феномена. Интересен тот факт, что явно негативное определение эвтаназии как «прекращение жизни лишних людей» получило небольшое количество выборов. На основании данных, представленных в таблице 1, также можно сделать вывод о том, что ведущими критериями определения эвтаназии среди респондентов выступают просьба пациента (пункт 1) и безнадёжный прогноз заболевания (пункт 5). На третье место в качестве критерия эвтаназии респонденты поставили невыносимые страдания, которые испытывает пациент (пункт 2). Можно сделать вывод, что, в целом феномен эвтаназии верно понимается респондентами.

Источниками получения информации об эвтаназии для респондентов являются следующие: 1) слышали в разговорах друзей родственников 10,3% немедиков и 11,7% медиков; 2) читали в специальной литературе 8,7% немедиков и 55,6% медиков; 3) видели передачи на эту тематику 53,1% медиков и 63,5% немедиков; 4) читали в газетах статьи на подобную тематику 39,7% немедиков и 40,1% медиков; 5) видели фильмы, читали художественную литературу на данную тематику 9,5% немедиков и 21% медиков; 6) через интернет 4% немедиков и 1,2% медиков. Медиками также были названы такие источники, как занятия в медицинских учреждениях и по работе, по профессии. Медики в большей степени получают информацию из специальной литературы, периодических изданий, в то время как немедики склонны получать информацию из популярных телепередач, журналов, газет, поэтому их взгляд на проблему во многом может быть обусловлен господствующей в СМИ точкой зрения.

Несмотря на то, что эвтаназия в нашей стране запрещена законодательно, примерно половина опрошенных респондентов считают, что она допустима. 57,3% из числа ответивших в подгруппе немедиков и 42,3% в подгруппе медиков соответственно.

34,6% медиков и 21,4% немедиков считают эвтаназию недопустимой. Затруднились ответить на вопрос 23,1% медиков и 21,4% немедиков. Различия в ответах статистически значимы (χ2, Sig. =0,035).

Можно сделать вывод, что медики и немедики склонны по-разному оценивать допустимость эвтаназии. Респонденты, не имеющие отношения к медицине, в большей степени допускают эвтаназию. Основными причинами недопустимости эвтаназии респонденты назвали следующие (из числа считающих эвтаназию недопустимой).

36,4% немедиков и 55,6% медиков назвали это убийством со стороны врача. Можно отметить, что для медиков эвтаназия в большей степени видится как явление, не имеющее оправдания со стороны своих, врачебных действий, как проблема врача, в первую очередь.

40,9 % медиков и 33,3% немедиков указали на то, что человек не имеет права распоряжаться собственной жизнью. Вероятность постановки ошибочного диагноза как причину недопустимости эвтаназии указали 59,1% немедиков и 31,5% медиков. Такая ситуация может быть обусловлена тем, что представители медицинской профессии в большей степени уверены в точности постановки диагноза, в возможностях медицины правильно оценивать состояние здоровья пациента.

Возможность злоупотреблений со стороны врача и родственников имеет значение для 45,5% немедиков и 46,3% медиков.

В качестве основных причин допустимости эвтаназии респонденты отметили следующие (из числа считающих эвтаназию допустимой). Наибольшую частоту выборов получил ответ «Человек испытывает невыносимые страдания» - 62,7% и 77,3% в подгруппах немедиков и медиков соответственно.

Страдания, испытываемые человеком при болезни, являются наиболее важной причиной допустимости эвтаназии для респондентов, имеющих отношения к медицине. Возможно, такая ситуация обусловлена тем, что медики чаще обычных людей сталкиваются с пациентами, испытывающими мучительные страдания. Это позволяет предположить, что даже медики считают: не все страдания современная медицина может купировать.

Среди немедиков также велик процент придерживающихся этой точки зрения. 56,1% медиков и 45,8 % немедиков считают, что человек имеет право на распоряжение собственной жизнью. Желание больного быть не в тягость своим родственникам стало третьей по значимости причиной допустимости эвтаназии - 27,1% среди немедиков и 40,9% среди медиков.

На большие материальные затраты, которые, возможно, более необходимы там, где есть ещё надежда на выздоровление, указали 17 % немедиков и 15,2 % медиков. Ситуации, в которых эвтаназия, по мнению респондентов, допустима, распределились следующим образом (из числа считающих эвтаназию допустимой).

Допустимость эвтаназии в ситуации смертельного заболевания (рак, СПИД) отметили 56,1% в группе медиков и 45,8% в подгруппе немедиков. В ситуации тяжёлой инвалидности эвтаназию считают допустимой 22,7% медиков и 27,1% немедиков.

87,9% медиков и 74,6% немедиков считают эвтаназию допустимой в ситуации необратимого вегетативного состояния при утрате функций головного мозга. В данном случае пациент не может высказать своего пожелания относительно прекращения лечения, и такая эвтаназия будет пассивной и недобровольной.

О пассивной форме эвтаназии респонденты осведомлены гораздо меньше, однако, говоря о допустимости эвтаназии, указывают именно на пассивную форму.

При длительном состоянии комы 27,3% в подгруппе медиков и 10,2% в подгруппе немедиков считают эвтаназию допустимой.

Наибольшую частоту в категории «другое» получил вариант ответа, указывающий на невыносимость страданий как критерий допустимости эвтаназии. Его назвали 4,5% медиков и 3,4% немедиков. Оказавшись на месте больного человека, испытывающего невыносимые страдания, 27,2% немедиков и 32,1% медиков предпочли бы умереть собственной смертью, 25,6% немедиков и 22,8% медиков просили бы помощи у врача в ускорении смерти, т. е. обратились бы с просьбой об эвтаназии.

Почти четверть опрошенных рассматривают эвтаназию как возможный для себя вариант действия.

Однако треть опрошенных - 36,8% немедиков и 33,3% медиков затруднились ответить на этот вопрос.

Если бы знакомый или родственник респондента находился в необратимом вегетативном состоянии, и принятие решения о поддержании его жизни зависело от респондента, 25,6% немедиков и 25,7% медиков отключили бы жизнеподдерживающую аппаратуру, 19,5% немедиков и 31% медиков продолжали бы искусственно поддерживать жизнь, 50% немедиков и 41,6% медиков затруднились с ответом. Осуществление пассивной формы эвтаназии полностью не отрицается респондентами.

Смогли бы облегчить страдания неизлечимо больного человека (знакомого), испытывающего невыносимые страдания 24,1% медиков и 42,8% немедиков, отказались это сделать 58,9% медиков и 38,1% немедиков, затруднились с ответом 10,7% немедиков и 17 % медиков. Различия в подгруппах в ответах на этот вопрос статистически значимы, Sig. =0,000. Полученные данные свидетельствуют о том, что в отношении активной эвтаназии мнение респондентов более категоричное, особенно в подгруппе врачей. Они более склонны оценивать её как недопустимое действие.

Для респондентов, не имеющих отношения к медицине, допустима даже активная форма эвтаназии. Респонденты склонны высказываться в поддержку эвтаназии, а также за её законодательное разрешение. 50,9% немедиков и 37,7% медиков согласны с тем, что эвтаназию в России необходимо узаконить.

Актуальной проблемой для российского общества эвтаназию считают 55,9% немедиков и 49% медиков, не думают так 33,4% и 42,6% соответственно. Затруднились с ответом 10,8 % немедиков и 8,4% медиков.

Примерно половина респондентов оценивают эвтаназию как актуальную проблему для российского общества (в отличие от точки зрения экспертов). Респонденты, считающие эвтаназию актуальной проблемой для российского общества, склонны считать её значимой для себя. И, наоборот, респонденты, для кого проблема эвтаназии не значима, не считают её актуальной для российского общества.

Значимой проблема эвтаназии является для 24% медиков и 41,6% немедиков, незначима для 59,8% медиков и 47,5% медиков.

Затруднились с ответом 10,9% немедиков и 16,2% медиков. Существуют статистически значимые различия в подгруппах медиков и немедиков в ответах на этот вопрос, Sig. =0,000. Парадоксально, но эвтаназия гораздо более значима для респондентов, не имеющих отношения к медицине, хотя специфика рассматриваемой проблемы должна предполагать обратное.

На отношение к феномену эвтаназии влияют принадлежность к медицинской профессии, пол, возраст, образование респондента, а в рамках медицинской специальности - должностное положение.

Степень вовлеченности в проблему (близость к ситуациям неизлечимого заболевания) не оказывает влияния на отношение к данному феномену.

Мужчины в большей степени приемлют идею эвтаназии, чем женщины. Для женщин в целом проблема эвтаназии является более значимой. Медики в целом более осторожно дают оценку этому явлению.

Среди медиков проблема эвтаназии более значима для среднего медицинского персонала, нежели для врачей, они в большей степени допускают её возможность.

Это также характерно для медиков в возрасте 35 - 45 лет. Для женщин-медиков проблема эвтаназии более значима, чем для мужчин, в то время как в группе респондентов, не имеющих отношения к медицине, проблема эвтаназии более значима для мужчин.

Результаты исследования позволяют говорить о том, что феномен эвтаназии имеет сложную и неоднозначную репрезентацию в общественном сознании. При разработке программ интервенции в проблему эвтаназии необходимо учитывать различное ее восприятие разными социальными группами.

Несмотря на точку зрения экспертов относительно неготовности российского общества к обсуждению проблемы эвтаназии, результаты опроса в целом показали достаточную осведомленность населения в этом вопросе, а также сформированное отношение к феномену эвтаназии.

Все это говорит о том, что процесс конструирования эвтаназии как социальной проблемы характерен для современной России и имеет выраженную национальную специфику. Таким образом, социологический анализ эвтаназии предполагает как проведение прикладных и эмпирических исследований, так и теоретико-методологический анализ. Изучение эвтаназии в рамках социологии позволяет формулировать принципы и подходы к решению проблемы эвтаназии и проблем неизлечимо больных людей, а также вырабатывать конкретные рекомендации вмешательства в ее развитие.

Именно в этом направлении открываются возможности для дальнейшего исследования феномена эвтаназии и связанных с ним проблем - обеспечение качества жизни, реализация прав человека, реформирование системы здравоохранения.